Авторизация    |    Регистрация    |    Забыли пароль?

Журнал для тех, кто строит эффективный бизнес

Официальный сайт ежемесячного журнала Business Excellence

Персона  

Александр Люшкевич

В штатном расписании представительства американской корпорации Intel в России в этому году появилась новая должность — генеральный директор по исследованиям и разработкам. Что это: еще одно свидетельство интереса Intel к традициям развития науки, инженерного и естественнонаучного образования в нашей стране или все-таки желание соответствовать российским реалиям, в том числе и стремлению руководства России уделять повышенное внимание диверсификации отечественной экономики, перевести ее на инновационные рельсы? Об этом корреспондент Business Excellence беседует с Камилем Исаевым, назначенным на эту должность.

— Камиль, меня все-таки не покидает ощущение, что появление позиции «генеральный директор по исследованиям и разработкам» — в какой-то мере решение символичное. Кажется, что Intel как бы вливается в то общее направление, которое сейчас в стране декларируется. Россия становится на инновационный путь развития экономики…

— Действительно, курс России на модернизацию и придание экономике инновационного характера резонирует с тем, что в нашем представительстве появилась такая должность. Но даже если это и совпадение, то, в конце концов, не все совпадения являются совершенно случайными. И данное оказалось очень своевременным. Впрочем, это вовсе не значит, что только сейчас компания занялась исследованиями и разработками. В России Intel занимается ими с 1992 года.

— Вы как-то сказали, что вам есть что подсказать России, что у вас есть свой взгляд на инновационное развитие нашей страны. Что это за взгляд?

— Да, я уверен, что нашей компании есть что сказать, потому что она работает в России уже 18 лет, а это очень большой срок. К тому же Intel — инновационная компания по определению, на протяжении более сорока лет ее деятельность во всем мире — на острие информационных технологий. Недавно, кстати, объявили результаты нашей работы за второй квартал, и в очередной раз они оказались рекордными, в очередной раз Intel вытягивает за собой экономику: растут индексы Доу Джонсона, а вслед за ними — и российские индексы. То есть, как только корпорация объявляет свои результаты, экономика показывает устойчивый рост.

— Вы сейчас говорите как представитель компании с очень большими амбициями. У Intel они действительно большие? И все-таки расскажите о своем видении развития инноваций в России?

— Что касается первой части вопроса, то это ведь аксиома: любая компания, как любой конкретный человек, конечно же, должна быть амбициозной. Невозможно добиться высоких результатов, если не ставить перед собой больших целей. Бывают, наверное, исключения, но это только исключения. Во всяком случае, если человек ставит планку высоко, есть шанс взять большую высоту. Если планка стоит низко, большую высоту никогда не возьмешь.

А теперь немного о том, что, как мне кажется, нужно учитывать России, чтобы перевести экономику на инновационный путь развития.

Во-первых, надо понимать, что российская экономика — часть мировой. И рынок для инноваций не должен быть исключительно российским. То есть нам надо понимать мировой рынок, принимать тенденции, которые уже существуют, и искать ниши на этом рынке инновационных продуктов, технологий и так далее. Такой подход существенно расширит горизонты. А на данный момент структура российской экономики, мягко говоря, не оптимальна. Огромную роль до сих пор играет сырьевой фактор.

Во-вторых, главный стимул для внедрения инноваций — это наличие конкуренции. Поэтому, чтобы переход на инновационные рельсы был успешным, надо стимулировать конкуренцию, а не подавлять ее.

В-третьих, не надо стесняться учиться. Хотя, мне кажется, в последнее время в этом смысле наметилась хорошая тенденция. Во всяком случае, готовность и желание учиться уже декларируются властями.

В-четвертых, нужно еще более интенсивно развивать сотрудничество, в том числе с международными компаниями — лидерами в области инноваций.

В-пятых, поскольку российская экономика — часть мировой, то очень важно придать ей более открытый характер. И не только экономике, но и стране в целом. Потому что до сих пор Россия остается страной в существенной степени отделенной от всего остального мира. К счастью, это уже не та изоляция, которая была несколько десятилетий назад, тем не менее она существует. Это касается виз, таможни, языкового барьера — целого ряда составляющих факторов, которые до сих пор продолжают оказывать негативное влияние на темпы развития экономики и выхода ее на мировой уровень.

Наконец, нужно избавиться от исключительно российского представления о том, что наука — это нечто глобальное и никто, кроме государства, финансировать ее не может. Такое же представление превалирует в нашей стране и об инновациях: это нечто по определению наукоемкое, заказчиком чего, скорее всего, должны быть государство или какие-то очень крупные компании или корпорации.

Самым крупным потребителем любого инновационного продукта является обычный, простой человек. И нам надо научиться ориентироваться на этого индивидуального потребителя. Соответственно, исходя из этого строить инновационный бизнес.

— Тем не менее Intel — компания b2b, и работаете вы с очень крупным бизнесом.

— Да, вы правы, Intel — компания b2b (ориентированная на бизнес). Наши крупнейшие заказчики — компьютерные сборщики Hewlett-Packard, ASUS, Acer, Lenovo и другие — ответственны за очень большой процент нашего бизнеса в целом.

Но Intel — инновационная компания, которая постоянно перестраивает себя. Перед нами постоянно встают новые задачи, которые мы так или иначе должны решать. И то, о чем мы сейчас говорим, является для нас задачей сегодняшнего дня, то есть мы тоже должны научиться работать с индивидуальным потребителем напрямую.

Мир изменился, а вместе с ним изменились информационные технологии. Требования людей стали другими. Они все время ожидают новых характеристик компьютерных устройств, определяющихся не только и не столько «железом», сколько интерфейсом, который человек видит перед собой и через который взаимодействует с устройством, и программным обеспечением, которое на этом устройстве установлено. Весь этот спектр нам надо научиться и производить, и продавать.

— Прошлый год был очень тяжелым для многих компаний, в том числе, думаю, и для вашей. Тем не менее руководство Intel заявило, что время кризиса — самое лучшее время для инвестиций в высокие технологии.

— Наша компания жила ровно в соответствии с этим заявлением. И степень влияния кризиса на Intel была минимальной. Во-первых, мы всегда работаем на поле повышенного риска. Рынок, связанный с инновациями, рискованный по определению: делая что-то новое, нельзя на все сто процентов знать, как к этому отнесется рынок. Так что жить на грани кризиса — естественная форма нашего существования. Все, что мы можем сделать, — это мобилизовать силы, собрать волю в кулак и двигаться по намеченному пути. Единственно правильная тактика во время кризиса — готовиться к выходу из него, а это значит — инвестировать в будущее. Мы руководствовались этими принципами, поэтому нам и удалось очень быстро пройти трудные времена. Кстати, в существенной степени и потому, что информационные технологии стали тем, от чего людям чрезвычайно сложно отказаться.

— Что значит для Intel инвестировать в будущее? Не имеете ли вы в виду сотрудничество с вузами? И вообще, зачем таким корпорациям, как ваша, работать со студентами?

— Такие компании, как Intel, не могут существовать без сотрудничества с академической средой. Идеи — это питательная среда, в которой мы живем. Например, у нас есть крупный дизайн-центр в Хайфе, 25% сотрудников в котором — студенты. При этом данный центр является едва ли не ведущим в компании. Он отвечает за дизайн процессоров массовой линии, то есть ведущие бренды на рынке сделаны в Хайфе и сделаны как минимум на четверть студентами. Это, собственно, и ответ на ваш вопрос — почему надо работать с вузами. И вообще, то, чем занимается Intel, по большому счету — дело молодых, поскольку нужен и свежий взгляд на проблему, и просто свежие мозги, если угодно.

— В России такая же модель работы с вузами, как в Израиле?

— Примерно 15% наших сотрудников в России — студенты старших курсов и аспиранты. На данный момент мы активно работаем с ведущими вузами в пяти городах: Москве, Санкт-Петербурге, Нижнем Новгороде, Новосибирске и Сарове. Кроме того, мы проводим так называемые летние школы. Каждый год на два летних месяца мы приглашаем на стажировку 50 студентов, которые могут попробовать себя в Intel, понять, что собой представляет компания, и готовы ли они прийти к нам. Конкурс на эти 50 мест, конечно, не маленький. В этом году в целом по России он составил шесть человек на место, а в Санкт-Петербурге — 20.

— Все они придут в Intel?

— Вовсе не обязательно. Но мы даем молодым людям возможность попробовать себя. Знаете, это очень большое дело, когда ты можешь попробовать себя в новом деле. Я сам из тех, кто не может долго работать в какой-то одной области. Понимаю, что, меняя направления деятельности, гораздо сложнее добиться признания, заработать репутацию, тот капитал, который потом работает на тебя. Но мне очень интересно пробовать себя в разных областях. Например, я получил колоссальный опыт с точки зрения коммуникаций между людьми, проработав пять лет в маркетинге. Я считаю, что это ключевая вещь, которая формирует человеческое общество и обеспечивает его существование.

Так что наши стажеры за два месяца сами решают, подходит ли им работа в Intel и, главное, подходят ли они для компании. У нас ведь очень жесткий отбор будущих сотрудников и интересная, но не простая работа.

Как я уже говорил, таким компаниям, как наша, нужны молодые, талантливые и образованные люди. Будущее — за ними. И будущее Intel в том числе.

Наша справка

Камиль Исаев

Кандидат физико-математических наук.

Закончил физфак МГУ.

Работал в Российской академии наук, а также в компаниях Coca-Cola и Lancer.

В 1997 году пришел в компанию Intel. До 2003 года был менеджером по работе с правительственными и образовательными учреждениями в России и Восточной Европе.

В 2003 году перешел на должность менеджера по развитию бизнеса в области исследований и разработок.

В 2004 году под его руководством было создано российское отделение TMG.

В 2005 году стал директором по маркетингу Intel в России и странах СНГ.

С 2010 года — генеральный директор по исследованиям и разработкам Intel в России.

Intel — мировой лидер в разработке инновационных решений для вычислительной техники. Специалисты корпорации создают высокотехнологичные продукты, являющиеся основой компьютеров и других вычислительных устройств во всем мире. Деятельность Intel в России началась в 1991 г. в Москве с создания первого российского представительства корпорации, занятого маркетингом (Sales and Marketing Group, SMG).

Читать статью в pdf